Коняшин Всеволод (Санкт-Петербург)  

НЕМОТА СИРЕНЫ 

Стены ночного города глумятся надо мной. В ушах скрипит стон увядающих зданий. Я всматриваюсь в темные окна, и шепот теней до сих пор раздается эхом в моей голове. Как от каждой звезды прошита нить к другой, так и от меня к тебе тянется нечто незыблемое, но в то же время мне абсолютно непонятное. Страсть, которой я питаюсь, словно изголодавшаяся собака; я слышу неубиваемый стук мяса в столь тесной грудной клетке — мне хочется вырваться наружу — к тебе. Вновь и вновь пробегая по темным переулкам, я не различаю ничего, кроме одного силуэта. Ночь безлюдна или я пытаюсь обезличить тех, кого встречаю? Почему ты не зовешь меня? Неужели мои поиски бесцельны? Я чувствую как при мысли об этом стены города меняют свои очертания, тени душат меня, ветви обвивают мои глаза — я слеп без твоего голоса. Продолжая бежать, не имея ориентиров, смогу ли я остановиться?